Молли -  младше всего на пару минут, но умудрялась вести себя так, словно должна держать весь мир на своих плечах. Она шла по дому быстро, стучала ногами, кричала Фабиану, пыталась управлять тем, что не поддавалось контролю, и иногда мне казалось, что её энергия вот-вот вырвется наружу, как огонь из слишком тесного котла. Но с Гидеоном это не работало. Он не вмешивался. Он просто садился рядом, ставил чайник, заваривал ей чай и молчал, пока она не успокаивалась сама. Иногда одного взгляда хватало, чтобы она поняла: здесь линия, здесь безопасно.

Молли была шумной и торопливой, но у неё был свой ритм — быстрые шаги, покачивание плеч, невнятное бормотание про то, что «всё неправильно» или «никто не понимает». Она теряла терпение, пыталась исправлять людей, перекладывать ответственность на других. Гидеон оставался рядом, чтобы помочь, если будет нужно, но давал ей учиться на ошибках и расправлять плечи. Иногда она останавливалась, ловила его взгляд, и на секунду всё становилось тихо. Тот момент, когда можно выдохнуть, когда можно быть слабой, не притворяясь старшей.

Он замечал маленькие вещи: как она вытягивает нос вверх, когда гордится, как ножки дрожат, когда что-то страшно, как руки скрещиваются на коленях, когда пытается сосредоточиться. Он видел, как она учится быть старшей без того, чтобы ломать себя, как ищет границы, как делает шаги в темноту, не зная, что безопасно, а что нет. И он был рядом.

Она не нуждалась в словах. Иногда она просто садилась рядом, опиралась на его плечо, заворачивалась в плед и закрывала глаза. Он не шевелился, не говорил ни слова, только позволял ей быть собой. И в эти моменты он понимал: доверие, которое она проявляет, редкость, и оно требует осторожности. Она чувствовала его присутствие, как дыхание, как постоянный ритм, который не требует слов, но держит её в безопасности.

Молли была живой, быстрой, иногда неосторожной, но в её движениях, в её голосе, в её взгляде была решимость. Она хотела понять мир, хотела удержать огонь Фабиана, хотела справляться сама. И Гидеон видел, что сила её не в контроле над другими, а в способности не сгореть самой. Иногда он замечал, как она пытается подражать ему, быть осторожной, ждать, наблюдать, прежде чем сделать шаг, — и это всегда вызывало тихую улыбку: она училась без слов, через опыт, через дыхание, через маленькие победы и маленькие поражения.

Молли сбежала из дома после окончания школы. Для кого-то это было сюрпризом, но не для Гидеона. Ведь именно в его квартиру она влетела злая, раздраженная, и с обидой на родителей. Гидеон сидел рядом пока она успокаивалась. Его советы были довольно мягкими. Он ведь прекрасно знал, что Молли уже все решила. Артур был хоть и хорошим парнем, но для родителей было несколько недостатков: недостаточно влиятельная семья, недостаточно богат, и странное увлечение всем маггловским. Коротко говоря, родители подобрали ей уже подходящего, но Молли все равно сбежала.

история такая - я запутался в датах и из этого родился новый хед - будем двойняшками; Молли на 3 минутки младше, но всегда была взрослой; внешность на ваше усмотрение, род занятий тоже, в конце концов молли не только домохозяйка, а и сильная ведьма. имхо любимый момент это  "Not my daughter, you bitch!". возьмите эту львицу и расскажите ее историю с:

очень жду сестру - двойняшку, и дико хочу поиграть всякое личное 

Она родилась среди запаха гари и трав — между первым криком и первым громом крыльев над уэльскими горами. Отец потом говорил, что в ту ночь Зелёный Валлийский кричал так, словно приветствовал её. Мать смеялась и поправляла: он просто был голоден. Медуза выросла с этой историей и так и не решила, какая версия ей нравится больше. Обе звучали как дом.

Заповедник не был местом работы. Он был телом, в котором она жила. Её семья говорила с драконами на валлийском — не как приказ, не как команда, а как разговор между теми, кто давно научился слышать друг друга. Драконы жили здесь свободно, на своих условиях, и это сосуществование единственное правильное решение. Старинные знания, которые не объясняют, а хранят. Медуза впитала это раньше, чем научилась читать.

Персей появился в её жизни раньше, чем она поняла, что такое дружба. Просто мальчик, который умел молчать рядом и не превращать тишину в неловкость. Они бродили по тропам, спорили о драконьих повадках, лазили куда не следовало. Однажды подобрались слишком близко к кладке — отец говорил долго и серьёзно. Медуза слушала с прямой спиной. Персей — с видом человека, который понимает, что был неправ, но не раскаивается.

Потом его родители умерли, и он исчез.

Семья была готова взять его — он же свой, заповедник его дом так же, как её. Но пришли целители, сказали слова, которых она не поняла в свои пять лет, и Персей исчез. Просто исчез. Она ещё несколько недель ждала, что он вернётся. Потом перестала ждать. Не перестала помнить.

Она росла без него — и всё равно с какой-то его тенью на периферии. Становилась драконологом так, как и должна была: методично, жёстко к себе, без снисхождения. Ошибки разбирала вслух. Принимала критику без обиды. Отец говорил, что у неё хороший глаз и слишком острый язык. Она не спорила.

К тридцати она знала заповедник так, как знают собственное тело — со всеми рубцами и слабыми местами. Управляла территорией с той тихой уверенностью, которая не требует громких слов. Сотрудники это чувствовали. Драконы — тем более.

Когда Персей вернулся, заповедник принял его обратно, как принимает всё своё — без фанфар, просто раздвинул пространство и дал место. Она не сказала ему, как долго его не было. Незачем. Он и сам знал.

Январь 1980-го она запомнит навсегда — не потому что хочет.

Пожиратели пришли ночью. Она слышала крики раньше, чем поняла, что происходит. Первой мыслью было — драконы. Второй — отец. Третьей мысли уже не было, было только движение, бег, запах горящего дерева и что-то ещё, что она до сих пор не может назвать вслух.

Когда рассвело, мира в его прежнем виде больше не существовало.

Горе у неё не похоже на слёзы. Оно похоже на тишину в тех местах, где раньше был звук. На привычку начать фразу — и остановиться на полуслове, потому что тот, кому она предназначалась, больше не услышит. Она не позволила себе сломаться — не потому что сильная, хотя и это тоже. А потому что заповедник не может ждать. Она выбрала присутствие. Каждое утро — снова и снова.

Орден получил её без колебаний. Не потому что нужно было куда-то направить злость. А потому что после той ночи стало совершенно ясно: нейтралитета не существует.

Заповедник открыл ворота для беженцев — это было её решение, первое большое решение, принятое уже без отца. Она объявила об этом коротко, без пафоса. Условия жизни были далеки от комфортных, зима в Уэльсе не знает снисхождения. Но это было живое место. С огнём, с запахом трав, с рёвом в небе на рассвете. Медуза встречала каждого сама.

Иногда ночью она выходит на тропу, которую знает наизусть. Стоит там, где горы уходят в туман, и позволяет себе несколько минут просто быть — без решений, без необходимости держать спину прямо. Она думает об отце. О том, что никогда не успела сказать вслух, потому что казалось — успеется. Времени всегда кажется больше, чем есть. Горы молчат. Туман лежит низко. Где-то над головой — тёмный силуэт в небе, почти неразличимый в темноте.

Медуза разворачивается и идёт обратно. Работа не ждёт.

- фамилия на ваш откуп, внешность и возраст тоже; мы не против если медуза станет мужиком
- уровень драмы во время битвы с пс в январе 80го тоже на твое усмотрение, от смерти всех родственником, до смерти части, но это должно сделать тебя главой этого всего дела
-  в заповеднике уже есть я и @Brona Haywood ждем тебя очень сильно!

Он узнал её не сразу. Сначала тень, движение в узком переулке: слишком выверенное, чтобы быть случайным, и слишком спокойное для паники. Погоня шла быстро, рвано, с криками, вспышками заклинаний и тяжёлым дыханием за спиной. Для Гидеона это должна была быть ещё одна операция, ещё одно имя в отчёте, ещё один вечер, когда всё закончится правильно — по уставу.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

С ней были двое детей. Магглорожденные — это читалось сразу, без ошибок: слишком напряжённые плечи, слишком широкие глаза, движения, в которых не было привычки к магическому миру и его жестокости. Она держала их не за руки — она держала их телом. Чуть впереди, чуть в стороне, так, чтобы удар в первую очередь пришёлся по ней. И в этот момент Гидеон сделал то, что делал всегда: остановился на долю секунды дольше, чем требовала инструкция.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Она обернулась. Спокойно. Без резкости, без страха. И вот тогда он понял, что уже где-то её видел — не лично, но достаточно часто, чтобы это ощущение было почти физическим. Не лицо целиком, а манера держаться. Линия подбородка. Взгляд человека, который давно понял, что мир не станет безопасным, но всё равно решил в нём жить. Это было знакомо. Слишком знакомо.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Рут Пруэтт.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Он не знал её раньше и всё же узнал сразу. По странной, почти болезненной схожести с дедом, чьё имя в семье произносили редко и без подробностей. Леандер Пруэтт. Та самая ветвь, о которой говорили как о неудобной, потерянной, слишком свободной, чтобы оставаться в рамках. Теперь она стояла перед ним — живая, взрослая, уставшая и внимательная.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

В ней не было ничего британского. Континент чувствовался во всём: в осанке, в том, как она распределяла внимание сразу на пространство, детей и его самого. Шармбатон оставил след — плавность, точность, отсутствие суеты. Она прикрывала детей не эффектным заклинанием, а предметом, магию которого Гидеон не смог сразу разобрать. Это была ее работа — долгая, умная, не показная.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Она не просила и не оправдывалась. Не называла имён и не объясняла мотивов. Просто сказала тихо, почти буднично, как говорят очевидное:
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

— Они не преступники.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Гидеон знал, чем она занимается. В Ордене тоже ходили слухи, что кто-то вывозит магглорожденных в Европу. Кто-то исчезает по дороге, но кому-то удаётся. Он должен был её задержать. Вызвать подкрепление. Сделать всё правильно. Так, как от него ждали.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Гидс смотрел на детей и на неё. Он видел не угрозу, а путь отхода. Видел человека, который не играет в героя и не ждёт благодарности. Человека, который просто делает то, что считает единственно возможным — потому что иначе нельзя.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Он позволил ей уйти. Он просто сделал шаг в сторону, открывая проход, и отвёл взгляд ровно настолько, чтобы она поняла. Рут не поблагодарила. Только коротко кивнула — так кивают равные, не тратя время на лишнее.
А потом он вышел из-за поворота и увидел, что она не одна.

Рут Пруэтт живет между странами, между законами и границами, между правильным и необходимым. Она была Пруэтт не по записям, а по сути — малый ростом, но великая духом. И Гидеон знал, что они встретятся снова.

это рандомный хэд, который появился случайно и вырос в что-то большее; это история о том, как мы ломаем правила, о том, что правильно и что законно; и что-то про недо отношения;
очень жду кузину, внешность на выбор, если очень хочется имя тоже.

1. никакого развода, я настаиваю. поттеры - единственный оплот моего здорового ментального здоровья.
2. питер - предатель, мы об этом знаем. мы все в огромном шоке.
3. лили с гарри сидит на островах. жутко бесится, что не может повлиять на ситуацию и вынуждена прятаться за баррикадами.
но я не исключаю того, что она все-таки куда-то лезет, из-за чего они все могут часто ругаться.
4. сириус уйдет в пожиратели смерти, ибо кроме него больше некому. будут ли знать поттеры? скорее всего нет и это разорвет их дружбу напополам.
я жажду отыграть школьные времена, горю просто сталкиваться в реальном бою и поливать сириуса любыми помоями.
так надо, на благо всего будущего.
5. меня очень радуют эти двое на внешность лили и джеймса, но мы всегда можем торговаться 
6. может я не умею красиво писать заявки, но очень нежно люблю этих двоих. и вообще, мне очень хочется наконец-то поиграть.
прямо потрогать каждые моменты, связанные с мародерами и всем вытекающим.
поэтому, если вы придете играть только друг с другой, я думаю, мы не сойдемся.
7. залетайте сразу в лс, кидайте свои тг и посты. обменяемся, почирикаем и приступим. я очень-очень-очень жду 

- издательство основано в 1822 году Корнелиусом Обскурусом и полтора века оставалось в руках одной семьи, пока в 1961 году не было выкуплено Розье. фактически они приобрели рупор готовящейся пропаганды.
- сейчас издательством владеет отец Элоизы, а она сама его помощница или личный ассистент (в т.ч. по организации мероприятий, встреч с известными авторами и другими звездными гостями).
- специализация на неудобных темах сложилась практически сразу. и закрепилась, когда в 1856 году они выпустили "Трактат о темных существах Британии". сейчас раз в год-два выпускают "сенсационные исторические расследования. почти всегда с одним и тем же выводом: чистокровные семьи были опорой магического мира, а все, что расшатывает этот порядок, ведет к катастрофе.
- на первом этаже есть книжная лавка при издательстве, где можно купить свежие издания почти сразу после печати и даже раньше, чем они появятся у "Флориш и Блоттс". на втором - редакция, на третьем - переплетная мастерская, а на четвертом - архив с ограниченным доступом.
- над входом висит старая вывеска с девизом издательства на латыни: "Quod occultum est, revelabitur" // что сокрыто, будет явлено.
- штат подобран тщательно. большинство сотрудников либо из правильных семей, либо достаточно нейтральны.
- издательство регулярно жертвует небольшие суммы на пополнение библиотеки Хогвартса и на реставрацию редких рукописей.
- на книжных ярмарках их стенды всегда одни из самых посещаемых. авторы охотно дают интервью, вежливы с журналистами и никогда не говорят лишнего, за что можно зацепиться. несмотря на это, дважды за последний год в издательство приходили авроры с проверкой.
- один из постоянных авторов пропал весной. ходят слухи, что его незаконченная рукопись была о маггловских корнях и родственниках некоторых чистокровных семей, и работу над ней тихо свернули (возможно - вместе с его шеей).

давайте будем осознавать, что дело пахнет жареным... или радоваться, что делаем правое дело во имя волдеморта, кому что нравится.  к нам будут попадать проклятые книги, и мы будем героически преодолевать эти профессиональные трудности.  а может здесь идет какая-то жесткая борьба за подъем по карьерной лестнице или главред всех уже достал и его надо уволить? можно обсудить это за понедельничной чашечкой кофе и свежим крувасаном из какой-то лавочки в Косом переулке 

Дариус сын неизвестного ему чистокровного волшебника, и дочери одного из влиятельных лиц на черном рынке. Это могла быть история о власти, но власти у Дариуса не было. Дед выгнал его мать из дома за то, что опозорила семью и связалась не пойми с кем. Мать умерла через несколько лет после его рождения. Дед взял его к себе, но никогда не воспринимал его как наследника, он обучал и уделял внимание в основном сыну и его законному внуку. Не то чтобы Дариуса это когда-то напрягало. Он нашел свое место среди ребят из Лютного. Да и дядя дал ему свою защиту.

Дариус обучался в Дурмстранге, в основном лишь, чтобы быть рядом с кузеном, и помогать ему если то будет нужно. Кто-то скажет прислуга. Дариус же видит возможность. Как еще он попадет в такую школу? Он учится прилежно, впитывает знания, как только может и все больше интересуется темной магией и артефактами. После школы занимает свое место на черном рынке под покровительством Морибандов. У него небольшая банда, они занимаются выбиванием денег и контролем территорий для Морибандов. Сам же Дариус дальше изучает темные артефакты.

Он замечает проклятие Гидеона сразу же во время их схватки. Он говорит, что мог бы помочь. Ему до чертиков любопытно что же там такое с его проклятием. Для Дариуса это вызов, для Гидеона возможность выжить. Между Гидеоном и Дариусом не было доверия, и именно это делало всё остальное возможным. Их отношения с самого начала держались на острие: на знании, что каждый из них способен уничтожить другого, и на странном, почти физическом притяжении к этой грани. Дариус смотрел на Гидеона так, как смотрят на редкий артефакт — не с уважением, а с жадным интересом, с желанием разобрать по слоям, понять, как он работает и где ломается. Гидеон это чувствовал и всё равно приходил. Потому что в этих встречах — в полутёмной квартире на Горизонтальной аллее, среди запаха пыли, чар и чужой крови — было напряжение, от которого невозможно было отступить. Они говорили мало, чаще спорили, ещё чаще замолкали слишком близко друг к другу, когда слова становились лишними. Для Дариуса проклятие было вызовом, задачей, игрой с опасностью, для Гидеона — шансом выиграть время. Но между этим возникало нечто большее: притяжение двух людей, привыкших жить на краю, проверять границы — чужие и свои. В этих отношениях каждый из них понимал: стоит одному оступиться — и второй либо добьёт, либо удержит. И оба пока не знали, какой вариант выберут.

* Морибанд фамилия по матери, отец неизвестный чистокровный волшебник; лавка принадлежит твоему деду по матери, перейдет к дяде и его сыну; так как дед выгнал мать тебе особо ничего не достанется; однако дядя взял тебя под свое крыло (ты ведешь свои дела под его защитой и ему же платишь долю); имя можно менять с:
** Можем выбрать другую внешность, тащи варианты с:

всё, что вы [не] скажете рите — будет использовано против вас в новостях. раздуть из оговорки три листа скандальной сенсации, залить взбитой грязью провокации и подать на стерильных страницах пророка: фирменный фокус риты скитер, блюдо от шефа с прытким лезвием пера. с такими друзьями как рита — не надо врагов.

поэтому они и не дружат. так — взаимно паразитируют ради личного блага. похожие в самой сути тёмной триады, диаметрально противоположны — в мелочах.

— твоё перо режет кожу?
— нет, оно делает больно иначе.

они могли бы комфортить друг друга до гроба, если бы знали что такое комфорт. селфмейд принцессы-полукровки, выросли+выжили в темнице слизерина — не чудом, но назло всем. одна только пришла на первый курс, другая — уже готовилась с.о.в. сдавать. рита всегда умела располагать к себе людей, маленькая долорес — попалась на крючок, рассыпалась перед старостой слезливой никчемностью. рита улыбалась сочувственно: ты не твои родители // не унывай. после каникул — о досадной мелочи знал весь серпентарий. рита улыбалась невинно: я тут ни при чем // привыкай. долорес привыкла, но спасибо за уроки скитер скажет никогда.

— ты всё ещё не главред?
— ты всё ещё не министр?

в министерстве, если твои родители никто, звать тебя будут — никак. в прессе имя сколотить из ничего намного проще. иногда они встречаются — на улицах, на пресс-конференциях, на открытых слушаниях визенгамота — но только глазами. у риты во взгляде блестит превосходство: «а я говорила». у долорес в зрачках читается что-то вроде «ой иди нахуй» but make it posh. иерархия отдельно взятого здания — относительна. рита уже уперлась в потолок, долорес на первой ступеньке власти застряла. но лесенка министерства — на костях свободной прессы стоит.

— рекомендации министерства не слишком вас тяготят, мисс скитер?
— вашими молитвами, мисс амбридж.

цензура зашивает пасть пророка грубыми нитями. рита зубоскалит сквозь переплет стежков. сколько чистейших скандалов похоронено в перегное пропаганды? сколько отклонений от курса сожжено главредом в урне дотла? рита не считала, ведь если пальцы загибать — можно поверить, что рехнулся не мир, а она сама. так высоко забралась, так низко прогнулась. с каждой новой правкой свыше — всё сложнее этого не замечать. рите до свободы слова отчаянно не хватает последнего рывка, того самого главного дела. долорес — тоже. они так похожи, что ради себя готовы забыть о мелочах.

— мисс скитер, выпьем чаю?

🪶 наташ они одинаковые. те самые самозванки без синдромов, но с острыми перьями, что улыбаются и машут любой власти, но служат — только себе 💅
🪶 я бы назвала их коннект симбиозом, если бы доля не была готова продать риту за 2 сикля, а рита долю — за 58 кнатов. тут про личную выгоду на рельсах параллельных травм + простую истину: никто не поймет гниду лучше гниды.
🪶 в кандидатках на главное дело у доли уже есть непобейба, но я надеюсь мы смастерим целую доску свидетелей культурной отмены и устроим перерыв на скандал из-за ниток — шибари или макраме розовые или зеленые (well, both).
🪶 короче дайте мне стронг индепендед тётю суку, мы будем за чаем раздумывать... даже замышлять.

Долг падает планетой на плечи. Робби, не балуйся. Робби, будь умницей. Робби, ты же старший. Робби Робби Робби. Ты еще читать не умеешь, но уже всему миру должен. Быть самым-самым, стать лучше лучших, подавать блестящий пример, оправдывать ожидания, решать проблемы: семьи, салона, судьбы; себя забыл.

— Эй, Робби, всё в порядке?

На гудящих плечах её пальцы дрожат, её голос — суррогат беззаботности. Руби врать не умеет — эту ношу тоже себе забираешь.

— Всё.

«Хорошо» застревает комом в горле. Замалчивать беды — ошибка, но ведь вы — поколение проёба. Руби всю жизнь свою мчит напролом, захлёбывается виной, себя не щадит, ищет точку опоры. Матео только на ноги встаёт, ищет то музу, то корни. Чего ищешь ты — не принято спрашивать. Ты вслух никогда не мечтал. Таков ваш хрупкий порядок. Его не война рушит, а ты.

— Эй, Робби, нам нужно больше фетра.

Последняя надежда Кабрера стекает мглой под глаза, застывает бледной улыбкой.

— Всё будет.

«Хорошо» едким табачным дымом скользит по Лютному. Ищет ( решение ) проблем. Долг пожирает заживо — в карманах дыры, на спине мишень. Пожар в салоне выбивает стекла ( розовых очков ). В голове — как на полках — шаром покати. Ни вопросов, ни планов. Только чертовы проблемы копятся, гнилые лица в подворотнях скалятся, угрожают помочь ещё раз.

Ты исчезаешь до рассвета, на день, на два; навсегда? Одиночество тяжелый наркотик, но с ним груз ответственности легче эфира. Ты уходишь, чтобы не подставить / не сломаться / не оглядываться не выходит.

— Твою мать, Робин Марш, я иду искать.

Сквозь линзу новой витрины её глаза упрямством горят, руки то палочку, то биту примеряют.

Дурная примета. Но других не бывает теперь.

• mood: 48 пропущенных за минуту; поколение ошибок; теория катастроф; 0 дней никто не ливал
• mp3: robert delong - don't wait up
• mp4: художественный фильм "матео, мы всё про—"
• да, у маршей/кабрера внушительный лор, хорошо что у тебя сестра эксель-клоун и всё расскажет+покажет на uno-dos-tres. места для хедов там еще полно, я за любой движ когда всегда, даже не переживай.
• теперь к делу: роб пропал осенью 1979 и это история о том, как можно всю жизнь с человеком разделить и совсем его не знать. и всё равно любью дурака™
• я намеренно насыпала стекла, чтобы было мягче падать оставила за кадром глубинные мотивации, подробности сомнительной деятельности и детали побега. у меня их нет миллион, но играть не только мне, так что приходи — всё обсудим и не осудим!

от меня в поиске пары и проблем на всю голову:

Я помню твою копну темно-каштановых волос. Девочка со Слизерина, которая предпочитала сплетням и девчачим разговорам книги. Мы постоянно стыкались в библиотеке, хоть ты и интересовалась совсем иной литературой. Один раз случайно я услышал то, что мне было не положено, твои причитания по поводу обучения, и что твое место не здесь, а в Дурмстранге, как и остальных Коффинов.  Тогда я отступил в тень стелажей, но ты все равно заметила мое присутствие.

давай виключим світло і будем
мовчати


Сколько раз ты засыпала над фолиантами прямо в библиотеке. Я мягко опускал руку на твое плечо, чтобы не напугать. И тихо повторял, что пора возвращаться, ведь скоро старосты пойдут на обход. Не помню, как случилось так, что мы стали чем-то большим. Когда касания пальцев между книжных стелажей стали чем-то большим. Только вот мы понимали, что как только закончится школа, мы окажемся по совсем разные стороны истории.  Последний вечер в Хогвартсе знаменуется скандалом, разбитыми сердцами и обещанием в следующий раз поблажек друг от друга можно не ждать.

Меня ждал аврорат и значок хранителя правопорядка.
[indent]Ты же собиралась погрузиться во тьму знаний среди которых выросла.
[indent][indent] Мы... После выпуска не было никаких мы.

Ты пропадаешь с радаров на несколько лет, от однокурсников я слышу, что ты обучаешься за границей. Через несколько лет после твоего возвращения пару раз мы стыкались во время моих расследований и каждый раз все заканчивалось одинаково: ты с идеальным алиби и точно не имела никакого отношения к делу; мы - в квартире и жаркая ночь лишь на один раз.

Твои губы, от которых я не мог оторваться.
[indent][indent] Смятые простыни и кофе ранним утром.
[indent][indent][indent] Обещание, что это в последний раз, пусть каждый из нас знает, что не последний.

Ты узнаешь о моих встречах с Морибандом через свои каналы в Лютном осенью 1979го. Пусть я и пытался держать это лишь между мной и ним. Но кто-то из твоих людей вероятно видел меня. Ты влетаешь в его квартиру во время одного из "сеансов". И Мерлин, он боялся тебя. Ты была в ярости, что я не попросил помощи у тебя. И вместо этого связался с Дариусом. С тех пор ты работаешь над моим проклятием сама, и кажется у тебя на нем явная фиксация.

i will not let you
die



от меня в облике старшего брата - @Edward Coffin:
Темная магия, некромантия, древние артефакты - ты выросла в окружении этого и никогда не испытывала страха; дед считал нас равноправными наследниками древних знаний, поэтому в обучении от тебя требовали не меньше чем от меня. Ты смотришь на древние артефакты с улыбкой, любопытно склоняя голову к плечу, в твоих глазах огонь, который никогда не потухнет.

Ты касаешься артефактов мягко.
[indent][indent] Ты разбираешь их на части и собираешь снова.
[indent][indent][indent] Ты точно знаешь, как усилить их свойства,
[indent][indent][indent][indent] А то что все может в один момент рвануть лишь придает азарта.

Дед хотел послать тебя в Дурмстранг, как и меня, но отец стал боком. Это была довольно большая семейная сора. Ты напоминала отцу мать, да и всем в принципе, ты всегда была ее маленькой копией внешне. Только отец так боялся потерять тебя, что решил держать поближе к дому. Было много криков, ты даже пыталась в слезы, но твоя манипуляция ни к чему не привела и, когда тебе стукнуло 11 ты стояла на перроне платформы 9 и 3/4.

Ты нашла способ попадать в запретную секцию на регулярной основе. А после провела несколько лет за пределами Великобритании обучаясь под наблюдением деда и его близкого товарища. Сейчас отвечает за «чистоту» сделок и оценку древних предметов. Как и брат, отлично владеет теорией некромантии, но предпочитает использовать магию крови для защиты семейного гнезда.

• по внешности могу еще предложить дакоту джонсон, энн хэтэуэй, или приноси свои варианты, у меня довольно мало внешек. которые мне совсем не нравятся, поэтому точно что-то найдем :3

• да-да, это все в пару 

• эта такая себе сумбурная зарисовка, детали готов обсуждать с: очень хочется, чтобы вам тоже заходил персонаж и сюжет :3

• если увидели выше заявку на морибанда, то это будет про прошлое с: да и не факт, что будет вообще

• маленькая шпора по датам и фактам: родилась в 1950м, выпуск 1968 года, Слизерин;

заведующий отделением (fc: jon bernthal): принципиальный до занудства, язвительный, невероятно умный и совершенно невозможный человек, который большую часть собственной жизни проводит в больнице и прекрасно знает, что он один из лучших специалистов; вечно на всех орет, унижает, бросает в подчиненных саркастичные комментарии и обожает черный юмор, а в остальном он душка и за отделение горой, высказывает начальству все, что он думает, и очень часто за это получает палки в колес; в разводе, в настоящее время встречается с работой; смысл жизни - спорить, доказывать свою правоту и оказываться правым, а еще он умеет вытаскивать самые безнадежные случаи, после чего делает вид, будто ничего особенного не произошло.
старший целитель (fc: amanda seyfried): человек, у которого все должно быть по правилам, строчка к строчке, буква к букве, с точной дозировкой до последнего грамма и зельем, приготовленным исключительно по инструкции; гиперответственная, внимательная до одержимости, знает наизусть назначения и протоколы всего отделения, чужие ошибки замечает сразу, а на собственную жизнь времени у нее почему-то никогда не остается.
целитель-педиатр (fc: aaron taylor-johnson): замученный, вечно раздраженный и на первый взгляд довольно грубый человек, которого родители маленьких пациентов поначалу боятся почти так же сильно, как и его коллеги, зато рядом с детьми он меняется моментально и умеет быть спокойным, терпеливым, смешным и удивительно мягким; работает много, почти не спит и искренне переживает за каждого ребенка, хотя предпочитает скрывать это за недовольным выражением лица и привычкой ворчать на всех вокруг.
младший целитель (fc: ella rubin): они с винни пришли в мунго сразу после хогвартса, вместе прошли интернатуру, вместе пережили первые дежурства, ошибки, бессонные ночи и постепенно доросли до младших целителей, поэтому именно она знает его лучше всех и остается его самым близким человеком в отделении; они постоянно спорят и конкурируют, цепляются друг к другу по мелочам и часами могут доказывать противоположные вещи, но в итоге приходят к общему решению, потому что для обоих пациент важнее собственного упрямства (а иначе зав оторвет головы); потеряла родителей от рук пожирателей смерти и с тех пор особенно остро воспринимает чужую боль.

Они держались втроём, потому что так было проще, чем поодиночке. Учились драться — не красиво, а эффективно. Учились смеяться над тем, над чем не смеются нормальные дети. Учились исчезать, когда взрослые начинали смотреть слишком внимательно. О будущем они не говорили, оно казалось чем-то абстрактным и ненадёжным, почти таким же хрупким, как обещания.

Со временем их дороги разошлись, но связь никуда не делась. Мегера и Загрей остались частью Лютного, его тенью и пульсом. Они знали, как там дышат улицы, кому можно пожать руку, а кому лучше не смотреть в глаза. Персей вернулся домой в заповедник, но если нужно было что-то узнать, найти или предупредить, он знал, к кому идти.

имена можно поменять, а вот принадлежность к яме и возраст нет с:
очень хочу, чтобы их жизнь обросла деталями, и вы воплотили и свои хочухи тоже, поэтому я не концентрировался на их истории после школы :3
играю 2-3к с заглавными и птичкой, по ритму договоримся, от поста в 2 недели с:
внешности тоже вам на откуп